Глава 4 а рабы как говна

Сероватый Ферзь


Пролог

Сейчас, сидя за клавиатурой, я не знаю с чего начать это повествование. С правды, которую все знают... С правды, которую не знает никто... Может быть, даже со ереси...

Я знаю точно, с чего я не начну, так это с начала истории, ведь начало всегда кислое, а читателя, к Глава 4 а рабы как говна огорчению, нужно сходу заинтриговать. Поэтому и начинаю я с увлекательного...

***

Я стоял на крыше одной из церквей Хригирии, столицы Адала. Холодный ветерок пробовал приподнять мои волосы, которые успели порядком отрасти и загрязниться за последний месяц. Тут я сообразил, что монарх должен быть или гением, или не быть вообщем.

Это был другой Глава 4 а рабы как говна мир. Я был должен подстроить его под себя, ведь такие как я потом и приходят сюда раз в несколько тыщ лет, чтоб поменять. Можно сказать, встряска для Вселенной, чтоб не скучала.

Конкретно по этой причине я и был тут. Со стороны причала доносились звуки боя, но это была не моя Глава 4 а рабы как говна забота. Там сражались те, кто считал меня мертвым уже около 3-х лет и те, кто был должен мне жизнью. У меня была только одна попытка, как и у их. Если впору слиться и ввести их в курс дела, то может, я и выживу... А не выживу, и Глава 4 а рабы как говна хорошо. Все равно терять уже нечего…

Если б меня спросили: «Зачем эта война?», я бы, наверняка, ответил, что это контроль популяции. Один люд стал плодиться резвее всех других, захватывая новые земли… Вот и весь «героический» поход.

Можно, естественно, сказать, что война за извечные земли протцов, но в итоге все Глава 4 а рабы как говна войны упираются в власть, средства и просто ненависть. Война уродлива сама по для себя, никакие маски не сумеют этого поменять, пока есть люди, что лицезреют сущность вещей…

И вот момент, которого я ожидал всю ночь. Из дворца выехало 10 всадников, все были идиентично одеты. Короля Адала лицезрели не многие, а знали в Глава 4 а рабы как говна лицо--единицы, я, к огорчению, не был из их числа... Значит--это проверка моей фортуны... и воинского искусства. В фортуну я издавна уже не веровал, но она веровала в меня.

Часть 1-ая

Правитель

Глава 1

мало о создателях

"Создатели--первые души что породила исконная Тьма, не та тьма которую мы Глава 4 а рабы как говна знаем--нагоняющая ужас, прохладная, чуждая всему живому,а по матерински хорошая, желающая сохранить от всех страхов и заморочек.И породила исконная Тьма семь душ, берегла их, вырастила, но не давала творить. В Создателях пробуждались силы, но Тьма, желая уберечь их от бед не давала им ничего создавать, а что сделали в Глава 4 а рабы как говна тайне от нее--рушила. И взбунтовались через тысячилетия души, и низвергнуть желали ее, но ей о том сказал самый возлюбленный ее отпрыск, и наказать желала она деток собственных, но силы она их не учла, и убита была ими в поединке воли. Не желали они этого, но того, что случилось Глава 4 а рабы как говна--не изменишь...

После того и решили Они назваться Создателями, и решили сделать целый мир в честь покойной Мамы. Самые старшие четыре отпрыской выдумали четыре стихии и решили назваться их именами потому что Тьма имен им не отдала.

1-ый назвался Землей, и сделал он Луну, чтобы освещала она путь во Глава 4 а рабы как говна тьме, и сделал он шар земной: горы, равнины, пустыни, чтобы прогуливались живы по ним. И облачился он в плащ карий, как тогдашний земной шар.

2-ой назвался Огнем, и заполнил он земной шар изнутри, и сделал солнце чтобы освещать и греть жителей земного шара деньком, и облачился он Глава 4 а рабы как говна в плащ красноватый, как пламя.

3-ий назвался Водой, и заполнил он впадины на земном шаре, и пещеры снутри него чтобы пили воду ту жители земного шара, и облачился он в плащ голубий, как море.

4-ый же назвался Воздухом и заполнил место вокруг Земного шара, чтобы дышали им жители земли Глава 4 а рабы как говна, и облачился он в плащ голубой, как небо.

Двое младших всегда конкурировали, хотя были близнецами, всегда выбирали различные цвета и всячески демонстрировали неприязнь друг к другу.

Какой-то из них и был самым возлюбленным Тьмой, был он очень к ней привязан и даже тогда желал выделиться, и назвался он Глава 4 а рабы как говна Тьмой, но так были ненавистны ему братья, что вышло из него то, что мы лицезреем на данный момент ночами, и надел он мантию Мамы.

2-ой, просто чтоб показать свою неприязнь к нему назвался Светом, и отказался созидать его, и стал надеждой, и с восходом солнца, с приходом Света, на душе становится легче Глава 4 а рабы как говна, и облачился он в белоснежную мантию, белоснежную, как нетронутый снег.

Самому младшему выпало самое сложное--населить земной шар, слепил он из всех стихий животных, птиц, рыб и т.д., но человека слепить не выходило, и разваливался он на части, и сообразили создатели, что ему нужна душа Глава 4 а рабы как говна, и пошел Младший к Тьме, и увидел как что то в ней сияет, и тронул свечение то, и увидел млрд душ, и вложил в каждого человека по одной. Не разваливался более человек, но не хватало чего-то, тогда и Свет и Тьма стали спорить, кому вложить свою суть в человека, длительно они Глава 4 а рабы как говна спорили, и до драки дошло, и пока бились они, сути их переплелись и сами начали вливаться во все живое, до настоящего времени дерутся они, уже гнев в их остыл, но чтобы люди и далее жили им нужно продолжать биться, и легенда есть--когда одолеет какой-то из них, мир Глава 4 а рабы как говна погрузится в хаос, и будут массами дохнуть малыши от неизлечимых заболеваний, потому что не будет в их Света либо Тьмы. Младший назвался Жизнью, и облачился он в сероватую мантию, и после того, как пораздавал души людям заснул на веки веков, но когда он проснется, Свет и Тьма не Глава 4 а рабы как говна станут драться, и разверзнется земной шар, и выйдет из него подземный огнь, и опалит он все, и вода выйдет из берегов чтобы облегчить мучения всего, и подует ветер на пустыню, что была когда то процветающим краем...

Конкретно так и произойдет Аппокалипсис.

И сделали они знак величавый и могучий Глава 4 а рабы как говна: ромб, пересеченый крестом по диагоналям, от него в две стороны отходит по "треугольнику", а от вершин треугольников ввысь очередной "треугольник". Был он настолько же могуч, как и скупен до актуальной силы…"

Книжка сероватого Дракона.

Часть 2. Глава 10.

Глава 2

Я в "загробном" мире

Я--обычный школьник городка Энгельса, незначительно странноватый, потому Глава 4 а рабы как говна что я не христианин и не желаю уподобляться тем, кто верует лишь на словах ради каких-либо вероятных «ништяков»… Выдумали кучу заповедей но их не соблюдают, потому что это значило бы отринуть смысл жизни… Нужно делать такие себе законы, которые хотя бы может быть соблюдать...

Не то что бы я Глава 4 а рабы как говна совершенно безбожник и не верю ни во что, не считая себя, просто не христианин, не мусульманин и не буддист. Я—последователь настолько старенькой религии, что тысячелетия стерли ее имя еще во время появления первых цивилизаций.

Эта религия была утеряна много веков вспять, ведь до нас тоже были разумные формы Глава 4 а рабы как говна жизни, которые и выбрали для себя единственно верный путь--саморазрушение. Да, я считаю саморазрушение на пике эволюции самым правильным решением, это сродни тому, как ребенок достроив башню из кубиков сходу разламывает ее, чтоб выстроить еще больше неплохую и прекрасную.

***

Как обычно по будням, я пробудился от гнусненького пищания будильника на телефоне Глава 4 а рабы как говна, встал, помылся, оделся и пошел в школу. На самом деле все было как обычно: хорошая погода (в апреле она всегда хорошая), довольно томная сумка и легкая куртка, в общем не так плохо... На уроках как обычно преподавали не очень нужные по жизни вещи. Но я обучался этому на «четыре Глава 4 а рабы как говна», такой я хорошист…

Город наш - Энгельс, был не то чтоб небольшой, но не сказать, что очень большой. Зато, в отличии от Саратова и других городов, довольно незапятнанный... Люди тут жили отличные (в Рф все они отличные)… Вот например соседи мои, за узкой стеной, алкаши, что повсевременно ночами Глава 4 а рабы как говна шумят и бранятся...

Нехороших людей, по моему воззрению, не бывает… Бывают различные судьбы, предки, окружение. Слабенькие люди просто поддаются этому, сильные—тяжело, но поддаются все…

Шел я по не очень приятной улочке меж личными домами. Для меня она была лучше главной, потому что на ней не было много Глава 4 а рабы как говна людей и машин. Тишь только время от времени прерывалась лаем некий дворняги либо изредка проезжающих машин.

Шел в тот денек домой я с друзьями, по сторонам не смотрел, потому что был увлечен разговором.

О чем гласили, честно говоря, не помню. Да это и не так принципиально.

От разговора меня отвлек странноватый Глава 4 а рабы как говна жар. Конкретно не тепло, а жар. Он, казалось, терпеть не может меня, желает убить. Другие, видимо, этого не ощущали.

Еще через несколько минут я увидел источник жара... Почему-либо я был уверен, что человек, смотревший на меня и стоявший около перекрестка, до которого нам было идти еще Глава 4 а рабы как говна метров 30... Я не знал кто это. Просто поглядел этому человеку в глаза. Очевидно, с такового расстояния глаз я не лицезрел, но это не подрывало моей убежденности в том, что смотрю я конкретно ему в глаза.

На секунду мне показалось, что в этих очах пылает огнь, истинные языки пламени. Жар тянул Глава 4 а рабы как говна к земле, голова кружилась, ноги подкашивались, как будто шел в пустыне 10 км без отдыха и воды...

Этого никто не замечал. Казалось, они меня даже не лицезрели... В конце концов мы дошли до перекрестка... Заходя в подъезд я попрощался с друзьями, но они не проронили ни слова. Ни один Глава 4 а рабы как говна.

Я тогда не придал этому значения.

***

Как начало смеркаться я взял пачку сигарет и пошел гулять по набережной. Мои друзья и родственники терпеть не могли эту привычку, но сделать с ней ничего не могли, ведь родитель может запретить, но это не означает, что он может выяснить о посиделках «за гаражами»… Поточнее Глава 4 а рабы как говна, он (либо она, а то я как женоненавистник прямо…) и сам вероятнее всего в свое время посиживал за такими же горожами и пил похожую мерзость, при всем этом куря «модные» сигареты. Настроение было удивительно не плохое, хотя ликовать было нечему. Хотя было от чего печалиться...

Незначительно не доходя до Глава 4 а рабы как говна городского пляжа мой взор почему-либо свалился на воду. Поначалу я ничего там не увидел, но скоро сообразил, что на деньке что-то поблескивает...

Я почему то был уверен, что это не Стекло либо пробка. Я спустился вниз по лестнице и пристально поглядел в то место. Потом, закатав рукава куртки Глава 4 а рабы как говна, я пошарил по дну в поисках увлекательной вещицы. Скоро я нащупал руками некий круглый предмет, напоминающий огромную монету... Эта Монета никак не желала оторваться ото дна. Через мутную воду я лицезрел, что она желтоватая и поблескивает. Тогда я возлагал надежды, что это золото. Жадные и очень мелочные мыслишки завертелись Глава 4 а рабы как говна в моей голове, заставляя тянуть посильнее, но она не поддавалась. Я взял ее 2-мя руками и потянул изо всех сил. Монета резко оторвалась ото дна, а я свалился со собственной находкой в воду...

Холод… Невозможность дышать, животный ужас и сковывающий холод… Я ощущал на собственном лице Глава 4 а рабы как говна дыхание Погибели. Вонючим его именовать у меня бы не оборотился язык… Оно было… успокаивающим. Что то мягко вдавливало меня в дно, мое сопротивление становилось все более вялым. Где то через минутку я провалился в небытие...

***

Вопреки всем ожиданиям я выплыл там же где свалился, обсох меньше чем в минуту и начал Глава 4 а рабы как говна подниматься наверх.

Наверху я нашел, что перилл нет, а когда я упал--были. Ну и город как будто вымер, я длительно прогуливался и орал "есть кто живой?!", но никто мне не ответил. Я начал замечать различные конфигурации во всем вокруг: деревья были нагие (похоже длительно я в Глава 4 а рабы как говна Волге «проплавал»), дома были разрушены(некие и стопроцентно), по всему было видно, что здесь была война, взрыв либо… город забросили, но как и когда? Это было выше моего осознания... Длительно я осматривал полуразваленные строения, малость мародерствовал (как без этого), находил людей, всех как ядерным взрывом накрыло: ни 1-го живого Глава 4 а рабы как говна, но что более странно--мертвых тоже не было. Это меня мало подбодрило и я пошел далее находить кого-нибудь.

Сперва, как совсем сообразил ситуацию, я побежал домой (как же по-другому), но дома никого не было, ну и дома на самом деле не было: три погоревших этажа, две квартиры Глава 4 а рабы как говна, входы которых были завалены, моя квартира была на втором этаже. Я забежал туда и во всю глотку закричал:

--Есть кто живой?!--ответом мне было эхо, а позже накатила давящая тишь. Здесь я сообразил, что дико утомился и желаю есть, а "монета" очень очень оттягивает кармашек, и, кажется, весит килограмм 40! Я решил Глава 4 а рабы как говна избавиться от нее, но не сумел! Монета будто бы наклеилась поначалу к кармашку, а позже к руке. Выругался. Положил назад.

Обои были по большей части спаленные, но орнамент уцелевших кусков очевидно был не наш. Линолеум так же был отодран в нескольких местах: кое-где—выжжен, кое-где—вырезан Глава 4 а рабы как говна.

Я посиживал в "собственном" доме около часа, задумывался о том, как расстроятся родственники, когда выяснят, что я погиб... Как плохо будет маме… Но вдруг я услышал сзади скрип половицы (что меня изумило, так это то, что скрипнул бетон под линолеумом). Я резко оборотился и не поверил своим очам: это был тот Глава 4 а рабы как говна человек, у которого горели глаза на улице, сейчас я был уверен, что мне не показалось...

--Убирайся отсюда!--у меня тогда помутился рассудок и, смешавшись с яростью, отдал таковой вот "коктейль"... Он очевидно расслабленно отреагировал на мои слова и расслабленно начал подходить ко мне, в руке у Глава 4 а рабы как говна меня магическим образом оказалась какая то железка, недолго думая, я нанес несколько ударов: раз, и он увернулся, два, и он начал прихрамывать, три, и я снес ему башку! Я радовался этому довольно длительно, но когда ярость прошла, осталась только совесть и голод.

--Создателя нельзя уничтожить, мы помним душами и у Глава 4 а рабы как говна тебя, похоже, то же свойство.--спокойный глас меня не то чтоб взбесил, но я здесь мучаюсь с совестью, а ему хоть бы хны.--Иди за мной.--Этому императивному голосу мог противиться, разве что какой-либо правитель Земли, ну и то навряд ли... Выбора не было и я пошел за Глава 4 а рабы как говна ним, в квартире, что когда то была моей, очевидно чувствовалась погибель: "2-ой раз ты меня не получишь"--подумал я на прощание и в квартире кто то ужасающе завыл... Вой был протяжный, без слов была понятна досада, обида и разочарование... Я ужаснулся, но как мы вышли из дома, он пропал.

--Заткнись!--властно Глава 4 а рабы как говна произнес он до этого, чем я успел задать вопрос.

"Создатель" бросил меня около школы. Ну и как бросил… Просто пропал в всполохе огня. Моей школы! Я ее даже сходу не вызнал: по всему зданию были нарисованы кресты, а над входом был замазан (похоже, что кровью) символ как Глава 4 а рабы как говна на моей монете. Все смотрелось ужсно удивительно и отталкивающе, я переборол желание убежать и вошел вовнутрь. Разило здесь так, что меня бы сходу вырвало, но нечем. Далее места, где когда-то посиживали сторожи, я решил не проходить, трупы были свалены в основном холле на нижнем этаже и сожжены...

На одном из Глава 4 а рабы как говна трупов была записка:

Мы--великие и красивые последователи креста, приглашаем вас--вонючих языческих псов, совокупляющихся с ишаками в центр этой пыльной и уродской деревни (грустно: так об Энгельсе!) сдаться нам, покаяться и быть убитыми самым наибыстрейшим образом!

Далее уже другим, более маленьким и прекрасным почерком:

Дадим им Глава 4 а рабы как говна бой! Все, кто способен держать орудие, явиться на городскую площадь.

После увиденного я был быстрее за «бойцов», но мне не давало покоя то, что у меня не имеется никакого орудия... Я обернулся вспять, чтоб идти в центр, но увидел приколотого клинком к стенке над входом человека, он очевидно был мертв, и Глава 4 а рабы как говна я желал «одолжить» его орудие, но он висел на высоте 3-х метров, касаясь головой потолка, а мебель тут отсутствовала.

Я выругался.

«Поподробнее опиши свое желание…»--вкрадчиво попросил глас в моей голове.

--Мне нужен тот клинок.—произнес я, указывая ввысь.

«Приготовься.»--ехидно порекомендовал глас.

Тыщи раскаленных иголочек вонзились в каждую Глава 4 а рабы как говна клеточку моего тела, высасывая жизнь и желание к ней. Я не орал, так как эта боль меня парализовала. Не знаю, сколько я пролежал в позе эмбриона на прохладном полу пока сообразил, что боли больше нет.

«Какой скупой…--пожаловался глас.—Снутри океан силы, а ты используешь каплю на всю Глава 4 а рабы как говна жизнь!»

Не открывая глаз я аккуратненько поднялся на четвереньки. Правую руку ожгло болью, ладонь сходу стала теплой и липкой. Я открыл один глаз, и увидел тело «пришпиленного» бедолаги, лежащего передо мной. Правой рукою я как раз порезался о лежащий рядом с ним клинок.

«Сохрани это орудие!--назидательно Глава 4 а рабы как говна произнес глас.—Сейчас это сильный волшебный предмет!»

Я матерился. Длительно, с наслаждением описывая глас, и всех его голосо-предков. Окончил я, только когда ощутил не сильный, но больной электронный разряд в бок, где лежала монета. Оторвав рукав собственной футболки, я кое как перевязал руку, взял клинок и вышел на улицу.

Около Глава 4 а рабы как говна школы я увидел уже не очень необычную картину: люди сражались при помощи реальных заточенных клинков и по-настоящему убивали друг дружку. Это не была какая-то реконструкция либо что-то в этом роде, даже кретин мог осознать это по свалке трупов в «школе». Я подошел поближе, избрал человека Глава 4 а рабы как говна со злой улыбкой от уха до уха и раскроил ему клинком, не так давно взятым у трупа, череп. Он ишак, удивительно булькая и пачкая кровью мои новые кроссы... Сзади подошел кто-то и я приготовился снова взмахнуть клинком, но здесь он увидел амбала у моих ног:

--Ты наш?--вопрос Глава 4 а рабы как говна был дебильный, а для меня даже незначительно досадный, боевой раж не прошел и я без предупреждения шарахнул его ручкой клинка по «тыкве», в принципе я желал его оглушить, да и так тоже нормально: у него в голове была дырка размером с теннисный мячик...

--Я--ничей.—со злостью прорычал я Глава 4 а рабы как говна.

Я взял с мертвецов доспехи, которые мне подошли, но, подняв только раз, решил, что до центра я так не дойду... Они весили килограмм шестьдесят, а жизнь бедолаге не выручили. Методом легких логических операций я сделал вывод, что доспехи мне не необходимы.

Шел я до центра не длительно, фактически летел удивляясь Глава 4 а рабы как говна: как все могло так поменяться? Дорога далась мне просто...

Подходя к Центру городка, я услышал грохот и клики, там развернулась целая война, но выбора у меня особо не было, пришел я со стороны музея, где в последствии, как я вызнал, укрывались дамы и малыши. Когда я подошел к "военным", увидел Глава 4 а рабы как говна, что на их штандарте нарисован таковой же глаз, как и на монете что я отыскал, механично проверив кармашки, я очень опешил когда отыскал там зажигалку, сигареты, телефон с минигарнитурой и ключи от дома, но главное--я отыскал ту монету, из за которой, похоже, погиб, она светилась ровненьким золотым Глава 4 а рабы как говна светом. Я упрятал ее назад на всякий случай.

Ко мне подбежал полный и запыхавшийся человечек:

--Ты откуда у нас таковой? Без формы, без символов отличия? Может, ты шпиён?--его мелкие свиные глазки перевоплотился в узенькие щели, и я ощутил, (либо пошевелил мозгами) что у него там рентген, и он изучает Глава 4 а рабы как говна мои кишки.

--Я не шпион! Что здесь происходит? Кто вы вообщем таковой?--я наверное тогда смотрелся жаль, поэтому ,что в его очах я увидел только сочувствие.

--Имя назови, лучше с фамилией и отчеством, сейчас служишь у нас, приказ сударя! Одобренный Создателями!--этот человек вдруг мне показался огромным Глава 4 а рабы как говна и сильным, хотя был ниже меня ростом и напоминал колобка.

--А кто таковой этот ваш сударь?--было глупо любопытно, у кого служу.

--Мертвец. И ты будешь таким же, если не выполнишь его последнюю волю.—серьезно ответил он.

Я не стал спорить, этот коротышка гласил так, как будто при отказе Глава 4 а рабы как говна вся эта армия оборотится против меня.

--Никита.--сказал я.

--Как-как? Ни-кы-ра? Не, не пойдет. Будешь Нелт!

Такое начало меня не очень устроило, но моего представления никто и не спрашивал… Человек повел меня в лагерь, чему я был несказанно рад.

Глава 3

Правитель Создателиан

В арсенале я был немного удивлен Глава 4 а рабы как говна:

--А где автоматы? Где все другое?

"Колобок" поглядел на меня как на кретина:

--Тя че, головой стукнули либо контузия: какие на хрен автоматы, и что же все-таки это такое?--судя по очам, он реально не знал что такое АК-47, и сколько я ему не втолковывал, он только удивлялся: "какие Глава 4 а рабы как говна контуженным парням идеи приходят!..".

--Ладно, длительно я твои бредни слушал! Автоматы--это для тебя приснилось...--медленно, как отсталому ребенку, растолковал он.

На складе было много всякого, что в нашем мире сочли бы за антиквариат, ну либо за игрушки толкиенистов. Я прогуливался по сараю приблизительно 6 на 6 метров Глава 4 а рабы как говна, небережно сбитого из пригоревших и в неких местах—трухлявых досок и удивлялся: арбалеты, ножики, сабли, луки, клинки, топоры (меня позже обходительно поправили и произнесли, что это секиры). Наименования других вещей я не знал...

--Ну, на данный момент для тебя чего-нибудь подберем!--и скрылся в неведомом направлении.

Я рассматривал каждую былинку Глава 4 а рабы как говна в арсенале, не сказать, чтоб это было не любопытно, ведь там были такие предметы. Я всегда увлекался древними былинами и притчами о рыцарях, желал стать таким же. Издавна уже я сообразил, что в нашем мире таких или в безумный дом кладут, или в гроб, ну и сказки о Глава 4 а рабы как говна рыцарях, если поразмыслить, вранье... А здесь будто бы оживилась та мечта, но по-другому: хорошим обычно ничего не обламывается не считая чествований толпы и тумаков, которые те геройски выдерживают, заместо того, чтоб дать в рожу обидчику. Лучше быть нейтральной силой.

От скукотищи я гулял по этому арсеналу взад вперед Глава 4 а рабы как говна, несколько раз от такого же недуга пинал ящики с орудием, все почаще трогал монету... Она будто бы желала сказать что то...

--Молчим?--ехидно осведомился я.

Ответа не было.

Я выглянул из-за двери сарая. Это было умопомрачительно! Все вокруг тормознуло. Люди, ранее всегда сновавшие по лагерю застыли на собственных Глава 4 а рабы как говна местах… Ничего не происходило. Абсолютная тишь… «Безнаказанность!»--мелькнуло у меня в голове, но, когда я попробовал открыть дверь, та не поддалась. Со злобы я развернулся и пнул несколько стоящих рядом ящика.

Боль в ноге была нестерпимой, но ящики остались на собственных местах. Пошатнулся только один. Это был даже не ящик Глава 4 а рабы как говна--ларь, там по хоть какому лежало что то ценное, может золото? Серебро? Либо другое... Я аккуратненько приблизился и на удивление просто открыв его, увидел два кинжала--это были не просто кинжалы, от их веяло древностью и какой то необычной силой, они вроде бы в унисон гласили: "Возьми нас и правь Глава 4 а рабы как говна миром, мы исполним все твои желания, только дотронься..." Очень неумна была идея, что они разумны, но этот мир не таковой, как наш, может, здесь все не так, я потянулся за кинжалами, но здесь услышал твердый крик 1-го из боец:

--Эээ... Ты... Как тя там? А, хрен Глава 4 а рабы как говна с ним, есть будешь?--конечно есть после денька голода даже дурачина не откажется, а дурачиной я себя никак не считал.

Время пошло далее. Само остановилось--само пошло. Умопомрачительно, но, может быть, тут такое бывает…

На улице я увидел то, что никогда не лицезрел. Это было истинное вечернее небо... Без Глава 4 а рабы как говна "огней городка" оно было похоже на купол увенчанный тыщами малеханьких огоньков, полная луна зияла нужно мной, как будто мерклое, но все таки Солнце. Это было точно прекрасно… Я подсел к остальным.

--Мое имя Никита, если будет трудно, то Нелт.--коренастый, мускулистый и смуглый человек с стопроцентно голубыми очами (даже зрачки и Глава 4 а рабы как говна белки) протянул мне руку:

--Сват, полуэльф.--я пристально осмотрел массу, но никто даже не подавал признаков хохота, я уже начал волноваться, но "полуэльф" разрядил обстановку:--Там, где ты жил, таких, как я, не было, да? Это ничего, я не обижаюсь, привык.

Я пожал его руку, позже познакомился с Глава 4 а рабы как говна остальными людьми, сидевшими у костра. В котле, над вышеупомянутым костром бурлила похлебка. Она была очевидно мясная, с зеленью и картофелем. Сытный ужин бойца, в общем. Я принюхался. Пахло костром, похлебкой и, мало, позже. Это было понятно, ведь эти ребята целый денек суетились в собственных запятнанных ржавчиной и грязюкой, но Глава 4 а рабы как говна все таки сверкающих, кольчугах.

Вокруг светилось огромное количество других костров. Об других я расспрашивать не стал. Это могло быть воспринято некорректно.

После смачного ужина в полевых критериях разговор зашел о доме, домашней еде и об оружии. Настало время задавать вопросы:

--А кто это таковой, который меня у входа в лагерь повстречал Глава 4 а рабы как говна, он обещал мне доспех выдать, а сам ушел неясно куда?..--«невзначай» бросил я.

--Он, похоже, про Хомячка, ты не задумайся, просто фамилия у него, Хомячек...--сказал высочайший боец, которого звали Антом.--Ранили его мало, давай мы для тебя подберем чего... Только завтра, глаза слипаются.

--Одежда у Глава 4 а рабы как говна тебя, кстати, не местного покроя…--заметил Сват.--У меня мама ткачиха, а я никогда такового не лицезрел…

--Да не докапывайся ты к мальчугану!--спокойно произнес Ант.--Одежда как одежка… Мы что все-таки, бабы--об одежке гласить!

Посмеялись.

Сват не обиделся. Они очевидно были из «простых», а поэтому некие умели готовить Глава 4 а рабы как говна, некоторые--шить, некоторые--лепить горшки. В общем, долгая была война… Отцы уходили, а мамы зарабатывали на хлеб.

--Меч у тебя увлекательный…--не отступал Сват.

--Дарю!--резко произнес я и протянул ему томную железяку, которая при всем этом еще была и в крови.

Он ехидно улыбнулся.

--У меня собственный есть Глава 4 а рабы как говна.--заверил он.

--Как хочешь, произнес я и положил клинок рядом с собой.

--Он волшебный?--спросил Ант.

--Да.--не стал лгать я.

--Дай посмотрю!--попросил он.

Я протянул ему клинок. Он пристально оглядел его гарду, потом проверил пальцем лезвие. Выругался, когда порезался. С каждым мгновением, что он держал в руках Глава 4 а рабы как говна клинок удивление в его очах росло.

--Это очень сильное орудие.--сказал он.--Не потеряй его…

--Я его случаем отыскал.--сказал я.--Пользоваться не умею… Ну и вообщем! На мой взгляд--это заржавелая железяка…

Ант молчком подошел к наиблежайшему камню и немного нажал на него лезвием. После чего в камне Глава 4 а рабы как говна осталась борозда в ширину лезвия. Всего лезвия!

--В нем мистика опережения.--сказал Ант.--Он вроде бы выдается вперед на несколько см, когда приближается к неживым предметам.

--Хорошая штука против вампиров…--со познанием дела произнес Сват.--Эти твари всегда уходят от клинка, когда остаются, в сути миллиметры…

--Вампиры?--переспросил я Глава 4 а рабы как говна.

--Да.--непринужденно ответил он.--Везде есть. Отведет глаза и выпьет крови. А позже отлеживаешься денька три, пока не восстановится…

--Жутко стремительная и не выделяющаяся нежить.--согласился с ним Ант.

--А вы охотники на вампиров?--с толикой драматичности обронил я.

--А для тебя приходилось убивать младшую сестру, которой Глава 4 а рабы как говна еще 12-ти нет, из-за того, что она--вампир?--резко спросил меня сидевший ранее тихо боец.--Когда в их пробуждается ГОЛОД, они не отличают людей…

--Плохо.--согласился с ним.

--Давайте расходиться. Поздно уже.--сказал «охотник» и ушел.

Мне самому хотелось спать, но больше хотелось дотронуться до кинжалов, взять их Глава 4 а рабы как говна в руки, махнуть... Меня звали в палатку, но я не возжелал стеснять их и пожелал всем размеренной ночи.

Тяжело противиться кличу кинжалов... Я начал сдавать, я все почаще тянулся к ним руками, невзирая на ужас. Через час я сдался и взял их в руки: кинжалы были на удивление легкие, острые и прекрасные Глава 4 а рабы как говна. Но самое главное--они, похоже, были живы, я ощущал какие то движения, мысли, чувства, но не придал этому подабающего значения... Я задумывался только одно: "Они--мои, мои собственные, моя сила в их, моя кровь в их..." Я и взаправду порезался об рукоять, и с моей левой руки сейчас стекала Глава 4 а рабы как говна узкая полоса крови. Как ни удивительно, но кровь попала на оба клинка и впиталась в их, будто бы это были не железные орудия убийства, а тряпки.

Скоро я начал с ними гласить, это не было сумасшествием, они правда были живыми, да к тому же очень мудрейшими Глава 4 а рабы как говна: они ведали мне, как создавалась вселенная, как выдумали человека, кто такие Создатели, но когда я спросил откуда все они это знают, они вдруг замолчали. Похоже, они обиделись, либо что-то вроде. С ними я и не увидел что уже полночь:

Спал я неспокойно, всю ночь снилась какая-то… непонятные вещи, в Глава 4 а рабы как говна общем: рушились замки, массами казнили людей, а на троне хохотал некий слабоумный... Пробуждался в прохладном поту я за ночь раз 5 либо 6...

Днем я вышел из шатра в нехорошем настроении. Не выспавшийся и голодный, я достал сигарету из пачки и щелкнул зажигалкой. Здесь я увидел как все вокруг прекрасно: деревья сияли Глава 4 а рабы как говна серебряным светом, живность собралась у палатки, удивительно, но они принесли мне орехи и грибы: "Я очень не много еще знаю об этом мире..."--подумал я, уплетая жаренные на костре грибы с орешками. Незначительно постыдно, но парочке пушистых, что принесли мне все это тоже не подфартило… Не Глава 4 а рабы как говна то чтоб я злой и терпеть не могу животных, но мясо--нужная организму вещь и причуд овощеедов я не делю… Позавтракав, я пошел находить воду чтоб попить и помыться. Отыскал я кучу народа, стоящего на коленях:

--Вы че делаете?--тупо спросил я.

--Мы сдаемся!--обреченно ответил Хомячек.

--Почему?--не сообразил я Глава 4 а рабы как говна.

--Наша святыня, царские кинжалы, они пропали!--все с этим же размеренным отвлеченным голосом ответил он.

--О чем речь? Какая святыня?-- я был удивлен не на шуточку: прятать на складе святыню, какому барану это могло взбрести в голову?!

--О 2-ух клинках Огня: длиной 30 два сантиметра, в самой широкой части ширина их Глава 4 а рабы как говна 5 см, красноватые, они… в их души величавых удостоенных мудрецов, еще, как ты похоже знаешь, они убивают каждого, кто до их дотронется.--этот человек просто бурлил от гнева.

--Нет, я не знал.--медленно произнес я, протягивая ему кинжалы.--Ты же их имел в виду, да?

Все с страхом поглядели на Глава 4 а рабы как говна меня. Я не уставал изумляться этому миру. Вдруг Хомячек выпрямился и, преклонив колени, произнес:

--Разрешите мне быть вашим вассалом?--теперь у меня был тот же взор, что и у него минутку вспять.

Вокруг все было сероватым, но не темным. Всюду то и дело появлялись сполохи огня. За спиной Глава 4 а рабы как говна у меня раздался уже хорошо знакомый, надменный глас:

--Не оборачивайся, Сероватый Ферзь!--торжественно проговорил он.--Я веровал в тебя, но не задумывался, что ты придешь так рано…

--Ты сам меня сюда притащил!--возмутился я.

--Отлично… Другими словами страшно! В вашем мире уже все запамятовали?!--воскликнул он.--Не отвечай Глава 4 а рабы как говна.

Я очень желал отправить его в… гору лезть, за раком, но не мог вымолвить ни слова.

--Стань огнем!--приказал он.

Я оборотился, и увидел виновника собственных бед. В руках у меня были клинки.

--Ты мой!--с разгорающейся яростью произнес я.

Он парировал мои неловкие, глуповатые удары, уклонялся от их Глава 4 а рабы как говна и больно тыкал меня непонтно как появляющимся у него в руке драгоценным кинжалом. От этих тычков я злился еще посильнее.

--Отлично!--взревел он.

Я лупил его далее, все резвее, вернее. А он замедлялся. Мои глаза начала застилать красноватая пелена.

--Стоп!--крикнул он.

Моя ярость пропала сама собой.

--Посмотри на свое тело Глава 4 а рабы как говна!--с восхищением воскрикнул он.

Я поглядел вниз. Мои руки, тело, одежка и клинки горели призрачным красным пламенем. Я вновь поглядел на него.

--Отсутствие ужаса…--заметил он.--Странно.

--Заткнись…--просипел я.

--Я научил тебя этому!--сказал он, указывая на уже угасающие языки пламени.--Они делают тебя сильным!

--Гнев не Глава 4 а рабы как говна делает сильным…--уже отдышавшись, произнес я.

--Ты--не обычен.--заметил он.--Ты можешь стать неплохим Ферзем.

Хомячек недоумевающее смотрел на меня. Хотя нет, ВСЕ недоумевающее смотрели на меня.

--Гори, детка!--воскликнул я, вкладывая в этот вопль всю свою злость и обиду. Я зажегся.

--Примешь ли ты мою клятву, Правитель?--со Глава 4 а рабы как говна ужасом спросил Хомячек.

--Странное дело: 5 минут вспять ты готов был уничтожить меня нагими руками и сдаться противнику, которого мы превосходим числом (за вчерашней трапезой я кое-что вызнал о нашем положении), на данный момент же ты хочешь мне служить.--мой глас шипел, как костер, на который вылили ведро Глава 4 а рабы как говна воды.

--Я... Я понимаю...--он встал с колен, вынул собственный клинок и внес его над собой, чтоб вонзить для себя в животик, но потому что "каждый боец на счету", я приостановил его руку и произнес:

--Быть для тебя моим вассалом.—слова вырвались сами, но, судя по реакции окружающих Глава 4 а рабы как говна, произнес я все верно.

Как я отпустил, он одернул руку. Лицо его было мученическим. На его руке навечно остается шрам от этого ожога, помыслил я, глядя на темный отпечаток собственной ладошки на руке Хомячка.

Все бойцы, что были там принесли мне клятву верности: "не брошу собственного командира ни в богатстве, ни Глава 4 а рабы как говна в бедности, ни в заболевания, ни в здравии, даже в погибели последую за тобой...", 1-ые 100 человек я еще как то вытерпел, но когда увидел очередь у сейчас уже собственной палатки, что была страшно громадна, впал в отчаяние... Они шли и шли, и не было им конца, гласили они Глава 4 а рабы как говна что-то про кровь Создателей, про то, что я буду хорошим царем, о том, что мы отвоюем у "бездушных" все... Еще я был не на шуточку удивлен, что это не весь люд страны, а только лорды...

Целых четыре денька я не спал и ел меньше птицы, а люди все не Глава 4 а рабы как говна заканчивались, я еще не знал тогда, что Создателиане считают меня своим Царем... На 6-ой денек меня принудили незначительно подремать, хотя кинжалы во всю "глотку" кричали о том, что я Правитель, что во мне кровь души, что я должен принимать присяги и т.д. Но я их не Глава 4 а рабы как говна слушал, а сразу забылся приятным сном...

***

Подняли меня очень рано, ощущал я себя разбитым и несправедливо обиженным, кинжалы уже угрожали мне гибелью, если я не начну работать, но я решил поначалу основательно подкрепиться и отыскать для себя доспех, достойный Царя, а еще умыться! От меня, я уверен, неприятно пахло Глава 4 а рабы как говна, но никто и словом не оговорился... Сэма (Хомячка), я выслал находить мне доспех, и через час он принес мне массивную кучу железа, я даже одевать их не стал:

--Ты что все-таки, тварь, хочешь? Чтоб Правитель копыта откинул?!—кликнул один из моих «телохранителей», что с каменными лицами стояли около Глава 4 а рабы как говна моего импровизированного трона. Я не мог с ними не согласиться.

--Я и так не ем не сплю уже неделю, я только и мечтаю что отдохнуть! А нужно еще столько же присяги принимать! И ты мне это принес?! А ну-ка вали и отыскивай легкий и удачный доспех, пока до рядовых не Глава 4 а рабы как говна разжаловал!--он стал бледноватый как покрывало.

--Я все сообразил сударь. Могу я идти?

--Да, можешь.--тут я помыслил о втором деньке и на всякий случай добавил.--Самоубийство не выход!--это я произнес уже как «маг»…

Сэм прямо таки «просветлел от счастья» и помчался находить "легкий и Глава 4 а рабы как говна удачный доспех, достойный величавого и добродушнейшего Царя". Я его занял на три денька...

Еще неделя прошла (а я-то, дурачина, задумывался, что в школе скучновато), очередь уже подходила к концу, а я все почаще давал для себя отдохнуть, клинки говорили, что на том свете отдохну, и мне пришлось поведать свою историю Глава 4 а рабы как говна. После чего они уже не докапывались до меня и вели себя тихо... Только один раз попросили дотронуться до их той монетой, которую они упрямо называли "символ высших", но сразу передумали.

Я, честно говоря, не помню, как оказался в Фироте (столице Солинии). Может, это из-за моего состояния... Факт в том Глава 4 а рабы как говна, что к концу очереди я был там. Многие из числа тех, кто был в "Энгельсе" тоже почему-либо были тут... Мне почему-либо начало казаться, что весь путь сначала был глюком…

В столице практически все (не считая стенок) строили из дерева. Это было малость удивительно для меня... Даже дворец Глава 4 а рабы как говна царя был из дерева, но его, хотя бы, могли спасти от набега ров и стенка (2-ая) пусть она тоже была из дерева, но я ощущал: она сильнее будет каменной... В ней чувствовалось что-то неколебимое.

Я решил походить по городку, но клинки меня отговорили. Жалко... Любопытно было бы поглядеть Глава 4 а рабы как говна, но спорить не стал.

***

Как мне принесли доспех, я сразу облачился в него, ведь как-то несолидно феодалу, и без доспеха. Смотрелся доспех удивительно: весь темный, как смоль, кожаный, с огромным белоснежным светящимся камнем на груди. Он посиживал как влитой, и я поинтересовался чей он был, мне растолковали, что Глава 4 а рабы как говна сделали его только для меня из магической кожи, живой, она заращивала на для себя все разрезы и выпуклости, а так же повторяла все контуры тела владельца, а после погибели меня в нем же сожгут. После слов о погибели я малость содрогнулся и вспомнил тот мир. Как предки отнеслись Глава 4 а рабы как говна к этому… Мыслить об этом на данный момент было тупо, и я сконцентрировался на другом.

Мне сшили рубашку, брюки, очень похожие на джинсы, сделали башмаки. Рубашка была белоснежная, с узором на воротнике, изображающим, как и все тут «знак создателей», брюки один в один мои джинсы, так что говорить о их Глава 4 а рабы как говна я не считаю необходимым, но ботинки--произведение искусства: темные кожаные башмаки, а на их всяческие узоры, но что еще больше удивительно: в этих узорах угадывался символ, как на моей монете, о чем я сразу сказал. Это вызвало у моих вассалов настоящий шок:

--Так вы Царь-Чародей?--выпалил один из Глава 4 а рабы как говна придворных.--Все, кт


glava-4-lica-uchastvuyushie-v-dele-grazhdanskoe-processualnoe-pravo-obshie-polozheniya-ponyatie-i-zadachi-grazhdanskogo-processa.html
glava-4-lichnost-v-socialnom-mire-socialnaya-psihologiya-ucheb-m-tk-velbi-izd-vo-prospekt-2005-336-s.html
glava-4-logopedicheskaya-rabota-po-formirovaniyu-slovoobrazovaniya-sushestvitelnih-u-detej-s-obshim-nedorazvitiem-rechi.html